Введение и институциональный контекст
21 мая 2025 года Европейская комиссия приняла коммюнике «The Single Market: our European home market in an uncertain world» [COM(2025) 500] — стратегический документ, призванный придать новый импульс углублению Единого рынка в условиях глобальной торговой фрагментации, геоэкономической напряжённости и конкурентного давления со стороны США и Китая. Документ выделяет десять препятствий, считающихся наиболее вредными для интегрированного функционирования внутреннего рынка — неформально названных «Terrible Ten» («Ужасная десятка»), среди которых фигурируют и системные задержки в процессе разработки гармонизированных стандартов, рассматриваемые в главе 5 стратегии и являющиеся предметом настоящего анализа.
С методологической точки зрения настоящий анализ рассматривает исходный текст с трёх взаимодополняющих сторон: (i) нормативно-институциональные рамки, в которые вписывается проблема стандартизации; (ii) причинно-следственный механизм, посредством которого задержки в стандартизации порождают экономические и юридические издержки, иллюстрируемый примером, приведённым Комиссией; и (iii) критическая оценка предложенных мер публичной политики — использование общих технических спецификаций в рамках пакета Omnibus и пересмотр Регламента о европейской стандартизации.
Концептуальные основы: роль гармонизированных стандартов в архитектуре Единого рынка
Европейские гармонизированные стандарты — регулируемые в настоящее время Регламентом (ЕС) № 1025/2012 — представляют собой структурный элемент «Новой законодательной базы» (New Legislative Framework) Союза. Механизм функционирует по принципу делегирования: Комиссия поручает европейским организациям по стандартизации (CEN, CENELEC, ETSI) разработку детальных технических спецификаций, реализующих на практике существенные требования, установленные рамочным законодательством (например, в области безопасности продукции, охраны окружающей среды или цифровой совместимости). После опубликования в Официальном журнале эти стандарты получают «презумпцию соответствия» — экономический оператор, соблюдающий их, считается соблюдающим соответствующие правовые требования, без необходимости доказывать соответствие через отдельные, часто затратные процедуры.
Эта архитектура имеет прочное экономическое обоснование с точки зрения теории регулирования: она передаёт техническую экспертизу участникам рынка и технического сообщества, снижает транзакционные издержки, связанные с соблюдением требований, повышает правовую предсказуемость и избегает жёсткости законодательства, которое иначе требовало бы постоянного обновления для соответствия технологическому прогрессу. Иными словами, стандарты выполняют функцию невидимой институциональной инфраструктуры свободного движения товаров и услуг — форма «частного регулирования», подтверждённая публичной властью.
Слабость этой модели, прямо отмеченная в анализируемом тексте, заключается в её критической зависимости от скорости и надёжности процесса разработки стандартов. Когда организации по стандартизации не успевают предоставить результаты своевременно, весь механизм презумпции соответствия становится нерабочим, а экономические операторы остаются без ясной правовой альтернативы.
Диагностика проблемы: задержки, непрозрачность и неравный доступ
Текст Комиссии выстраивает проблему вокруг трёх кумулятивных дисфункций действующей системы стандартизации: своевременности (timeliness), инклюзивности (inclusiveness) и доступа к стандартам (access to standards). Эти три аспекта не независимы друг от друга, а взаимно усиливают друг друга с причинно-следственной точки зрения.
С точки зрения своевременности, отсутствие или несвоевременное опубликование гармонизированных стандартов, запрошенных Комиссией, создаёт нормативный вакуум, напрямую ощущаемый предприятиями, которые оказываются заблокированы между действующим юридическим обязательством и отсутствующим техническим инструментом соответствия. С точки зрения инклюзивности действующий процесс стандартизации описывается как недостаточно открытый для малых и средних предприятий, стартапов, гражданского общества и академической среды — участников, обладающих более ограниченными ресурсами для участия в технических комитетах, традиционно доминируемых крупными промышленными операторами и представителями национальных организаций по стандартизации. С точки зрения доступа, даже уже принятые стандарты остаются труднодоступными для ознакомления, часто платными и представленными в нетехнологичном формате, что противоречит принципу регуляторной прозрачности, которому вся система призвана служить.
С экономической точки зрения эта тройная дисфункция выражается по меньшей мере в четырёх категориях издержек для участников рынка:
· прямые издержки на оценку соответствия, более высокие в отсутствие гармонизированного эталонного стандарта;
· издержки правовой неопределённости, то есть риск того, что техническое решение, принятое предприятием в одностороннем порядке, впоследствии не будет признано соответствующим требованиям;
· издержки упущенных возможностей вследствие блокирования или задержки вывода на рынок новых технологий; и
· системные издержки для глобальной конкурентоспособности Союза, поскольку задержки подрывают роль ЕС как глобального игрока в установлении технических стандартов — стратегическую позицию, всё активнее оспариваемую США и Китаем.
Пример из практики: беспилотные авиационные системы (UAS)
Текст Комиссии иллюстрирует проблему конкретным примером из сектора гражданских и коммерческих дронов. Начиная с 2023 года производители беспилотных авиационных систем (unmanned aircraft systems, UAS) подпадают под правовые требования в отношении проектирования, производства, обслуживания и эксплуатации таких аппаратов. Комиссия поручила европейским организациям по стандартизации разработку соответствующих гармонизированных стандартов; на момент подготовки стратегии только один из восьми запрошенных стандартов был завершён, остальные семь оставались в стадии разработки.
Прямым следствием для соответствующего предприятия стала необходимость обращения к индивидуальной оценке соответствия, более затратной и создающей дополнительную правовую неопределённость в отсутствие признанного эталонного стандарта. С академической точки зрения этот пример показателен не только как эмпирическая иллюстрация, но и как парадигма более широкого структурного риска: развивающиеся технологические секторы — где темпы инноваций часто превышают институциональные возможности стандартизации — подвергаются несоразмерному риску подобных нормативных блокировок именно в тех областях (автономная мобильность, встроенный искусственный интеллект, «зелёные» технологии), которые Стратегия Единого рынка называет приоритетными для конкурентоспособности Союза.
Возникающие таким образом издержки прямо характеризуются Комиссией как ресурсы, отвлечённые от инвестиций в инновации — формулировка, которая представляет проблему стандартизации не только как вопрос административного соответствия, но и как прямое препятствие для достижения целей конкурентоспособности и цифрового и «зелёного» перехода, взятых на себя Союзом.
Предложенные меры политики и их критическая оценка
Общие технические спецификации — переходное решение
Пакет «Omnibus», принятый одновременно со Стратегией, наделяет Комиссию полномочиями устанавливать посредством имплементационных актов общие технические спецификации в ситуациях, когда система стандартизации не успевает предоставить результаты своевременно. Эта мера имеет очевидное практическое обоснование: она предоставляет предприятиям альтернативный, немедленно доступный путь к соответствию требованиям при отсутствии гармонизированного стандарта.
С точки зрения институционального анализа, эта мера, однако, порождает напряжение, которое стоит подчеркнуть: общие спецификации разрабатываются непосредственно Комиссией, минуя консенсусный, ведомый отраслью процесс, который придаёт европейским стандартам легитимность и специфическую техническую экспертизу, присущую модели «регулирования через делегирование». По своей природе эта мера является инструментом крайней меры (backstop), и её распространение за пределы исключительных случаев могло бы в долгосрочной перспективе подорвать роль европейских организаций по стандартизации и их стимул к своевременному предоставлению результатов.
Пересмотр Регламента о стандартизации
Структурная мера с законодательным горизонтом во втором квартале 2026 года предусматривает пересмотр Регламента (ЕС) № 1025/2012. Заявленные цели — ускорение и повышение гибкости процесса, обеспечение процесса, ведомого участниками рынка, но с сбалансированным участием (включая стартапы, МСП, гражданское общество и академическую среду), улучшение доступа к стандартам и укрепление роли ЕС как глобального установителя стандартов — представляют собой связный пакет реформ.
Тем не менее эти цели содержат структурное напряжение, которое трудно полностью устранить законодательным путём: скорость и инклюзивность во многих отношениях являются взаимно конкурирующими целями. Расширение участия субъектов с более ограниченными техническими и представительскими ресурсами (МСП, гражданское общество) обычно продлевает совещательный процесс, тогда как ускорение процесса часто благоприятствует промышленным субъектам, уже хорошо организованным и институционально представленным в национальных технических комитетах. Успех реформы, таким образом, будет зависеть от конкретных механизмов управления — например, целевой финансовой и технической поддержки участия недопредставленных субъектов, обязывающих сроков для организаций по стандартизации и цифровизации доступа к текстам стандартов — в большей степени, чем от общей формулировки целей.
Стратегический текст, кроме того, подчёркивает связь стандартизации с усилиями Союза в области исследований и инноваций, включая базовые единицы измерения, установленные в рамках инициативы по метрологии. Эта связь академически значима: она сигнализирует о парадигматическом переходе от реактивной стандартизации (разрабатываемой после принятия законодательства) к опережающей стандартизации, интегрированной уже на этапе фундаментальных исследований — подход, способный структурно сократить временной разрыв, обозначенный как центральная проблема рассматриваемой главы.
Сводка заявленных нормативных мер
Стратегия связывает с главой о стандартизации две конкретные нормативные меры, обобщённые в приведённой ниже таблице: